На главную страницу

ВЯЧЕСЛАВ ВС. ИВАНОВ

р. 1929

Филолог и литературовед, лауреат Государственной премии Президента России по литературе и искусству (за 2003 год). Поэтическим переводов занимался не очень много, но интересы его обширны, а результаты – плодотворны; хотя наиболее известная и переиздаваемая работа Вяч. Вс. Иванова – переводы из Байрона, выполненные в начале 1950-х годов, но им выполнены в разное время оригинальные по подходу переводы с французского (А. Шенье, В. Гюго, Ш. Бодлер, П. Верлен, П. Валери, ), английского (У.Шекспир, У. Блейк, Дж. Китс, В. Скотт, Р. Киплинг, Дж. Джойс), с немецкого (Р.-М. Рильке, П. Целан), испанского (Л. де Вега, Л. де Гонгора, Х. Манрике), с древневосточных языков. В разное время его переводы критиковались то за слишком большой буквализм, то за слишком большую вольность, между тем вся работа Вяч. Вс. Иванова в этой области – единый, много десятилетий длящийся поэтический эксперимент.


ДЖОРДЖ ГОРДОН БАЙРОН

(1788–1824)

ПРИ ОТЪЕЗДЕ ИЗ НЬЮСТЕДСКОГО АББАТСТВА

Ньюстед! Ветром пронизана замка ограда,
      Разрушеньем объята обитель отцов.
Гибнут розы когда-то веселого сада,
     Где разросся безжалостный болиголов.

Воет ветер; трещит от любого порыва
     Щит с гербом, говорящий в унынии нам
О баронах в броне, что вели горделиво
     Из Европы войска к палестинским пескам.

Роберт сердца мне песней не жжет раскаленной,
     Арфой он боевого не славит венка,
Джон зарыт у далеких твердынь Аскалона,
     Струн не трогает мертвого барда рука.

Спят в долине Креси Поль и Губерт в могиле,
     Кровь за Англию и Эдуарда пролив.
Слезы родины предков моих воскресили;
     Подвиг их в летописном предании жив.

Вместе с Рупертом в битве при Марстоне братья
     Бились против мятежников – за короля.
Смерть скрепила их верность монарху печатью,
     Напоила их кровью пустые поля.

Тени предков! Потомок прощается с вами,
     Покидает он кров родового гнезда.
Где б он ни был – на родине и за морями
     Вспоминать вашу доблесть он будет всегда.

Пусть глаза отуманила грусть расставанья,
     Это – не малодушье, а прошлого зов.
Уезжает он вдаль, но огонь состязанья
     Зажигает в нем гордая слава отцов.

Вашей храбрости, предки, он будет достоин,
     В сердце память о ваших делах сохранит;
Он, как вы, будет жить и погибнет, как воин,
     И посмертная слава его осенит.


ПЕРЕВОД ГРЕЧЕСКОЙ ПЕСНИ

Гайдэ, о моя дорогая,
В твой сад я вхожу по утрам,
Прекрасную Флору встречая
Меж роз в твоем образе там.

Гайдэ, о тебе лишь тоскуя,
Твою красоту я пою.
И песню тебе подношу я –
За песню боюсь я свою.

Как дерево благоухая,
Прекрасней цветущих ветвей,
Сияешь, Гайдэ молодая,
Ты юной душою своей.

Но блекнут все прелести сада,
Раз милая так далека.
О, дайте скорее мне яда!
Цикута мне слаще цветка.

Любой отравляет напиток
Цикуты безжалостный сок.
Меня он избавит от пыток –
Как сладок мне яда глоток!

Я плачу, тебя умоляя:
Вернись и останься со мной!
Ужель не увижу тебя я?
Так двери гробницы открой!

В победе уверена скорой,
В меня ты метнула копье.
Копьем беспощадного взора
Ты сердце пронзила мое.

Одной лишь улыбкой своею
Могла бы спасти меня ты.
Надежду я в сердце лелею,
Но сбудутся ль эти мечты?

В саду опечалены розы,
И нет в нем моей дорогой.
Я лью вместе с Флорою слезы –
Гайдэ здесь не будет со мной.



ЗАБЫТЬ ТЕБЯ! ЗАБЫТЬ ТЕБЯ!

Забыть тебя! Забыть тебя!
Пусть в огненном потоке лет
Позор преследует тебя,
Томит раскаяния бред!

И мне и мужу своему
Ты будешь памятна вдвойне:
Была ты неверна ему,
И демоном была ты мне.

ЗВЕЗДА ПОЧЕТНОГО ЛЕГИОНА

1

Звезда отважных! На людей
Ты славу льешь своих лучей;
За призрак лучезарный твой
Бросались миллионы в бой;
Комета, Небом рождена,
Что ж гаснет на Земле она?

2

Бессмертие – в огне твоем,
Героев души светят в нем,
И рокот славных ратных дел
Твоею музыкой гремел;
Вулкан, горящий над землей,
Ты жгла лучами взор людской,

3

И твой поток, кровав и ал,
Как лава, царства затоплял;
Ты потрясала шар земной,
Пространство озарив грозой,
И солнце затмевала ты,
Его свергая с высоты.

4

Сверкая, радуга растет,
Взойдя с тобой на небосвод;
Из трех цветов она слита,
Божественны ее цвета;
Свободы жезл их сочетал
В бессмертный неземной кристалл.

5

Цвет алых солнечных лучей,
Цвет синих ангельских очей
И покрывала белый цвет,
Которым чистый дух одет, –
В соединенье трех цветов
Сияла ткань небесных снов.

6

Звезда отважных! Ты зашла,
И снова побеждает мгла.
Но кто за Радугу свобод
И слез и крови не прольет?
Когда не светишь ты в мечтах,
Удел наш – только тлен и прах.

7

Немых могил недвижный ряд.
Прекрасен в гордой смерти тот,
Кто в войске Вольности падет.
Мы скоро сможем быть всегда
С тобой и с ними, о Звезда!


ДЖЕЙМС ДЖОЙС

(1882-1941)

* * *

Я слышу: войско высаживается на острова.
Коней, покрытый пеною, плесканье словно гром.
Надменные колесничие, вожжей касаясь едва,
В черных доспехах, стоя, поехали напролом.

Свои боевые кличи в ночи они прокричат.
Как заслышу вдали вихри хохота их, застону я в спальне.
Мглу моих снов расколет их пламень слепящий. Сквозь чад
Стучат, стучат по сердцу они, как по наковальне.

Зелеными длинными волосами победно трясут. Кругом тьма.
Вышли из моря с гоготом и – вдоль побережья – во тьму.
Сердце мое, в отчаянье этом нет вовсе ума.
Любовь, любовь, любовь моя, я один без тебя, почему?