На главную страницу

КОНСТАНТИН ВАСИЛЬЕВ

1955, пос. Борисоглебский Ярославской обл. – 2001, там же

Окончил биолого-географический факультет Ярославского пединститута им. Ушинского, по профессии – орнитолог, автор ряда научных трудов. Печататься (как оригинальный поэт) начал в 1978 году в районной газете «Новое время». В 1990 году выпустил первый поэтический сборник – «На круговом пути потерь». Лауреат премии Н. С.* Лескова за 1993 год, присуждаемой газетой «Очарованный странник», где заведовал отделом критики. После поездки в 1976 году в Болгарию всерьез занялся поэтическим переводом; две книги Васильева под одинаковым названием «Переводы» вышли в 2005 году: в одной собраны его переводы с болгарского, в другой – с английского и французского (Уайльд, Байрон, Вордсворт, Бодлер, Верлен, Валери и т.д.). Большинство работ Васильева не завершено, многие переводы существуют в двух-трех вариантах. Мы благодарим Борисоглебский музей К. Васильева за предоставленные материалы и за разрешение разместить их на нашем сайте.


ДИМИТР БОЯДЖИЕВ

(1880-1911)

ПОДАВЛЕННЫЙ КРИК

Весь день – взаперти,
всю ночь – в темноте,
и нету пути,
и Крез в нищете.

Я в душах чужих
копался, и вот –
от страха чуть жив,
а мудрость не в счет.

Кошмар бытия
нелеп и велик,
и шлю ему я
подавленный крик.

НИКОЛАЙ ЛИЛИЕВ

(1885-1960)

*   *   *

Бледнеют высокие звезды на тверди,
зловеще глядит ледяная луна,
и сердце трепещет в предчувствии смерти:
война.

И воины спят на траве придорожной,
склонилась над ними сама тишина,
но спящие связаны думой тревожной:
война.

Им снится – как это прекрасно и ложно –
счастливая, светлая чья-то страна,
где всякий – спокоен и где невозможна
война.

Но будит их затемно ветер осенний,
скорбей надвигается злая волна,
и нет утешенья, умопомраченье:
война.

Сквозь слезы увидят – в холодном тумане
едва различимая, тает луна...
Во мраке зловещем стремятся к слиянью
и осень, и смерть, и война.

*   *   *

Твоя земля спокойна. А над ней
приветливое жаворонка пенье,
и ты вернулся в чистый мир детей...
И снова первой книги откровенье.

А небосвод похож на чистый лист,
ведь мы на нем ни разу не писали.
И взгляд раздумья – светел и лучист –
в заоблачные устремился дали.

Воскресло солнце: это мудрый Бог
вошел в чертог небесный, чистый, вечный,
и в тишине – холодный ручеек
твои миры преобразил беспечно.

Бескрайним овладел простором ты
и властью царской – неприкосновенной,
в душе проснулись смутные мечты,
что станешь ты владыкою вселенной.

Пересечешь равнины и моря,
до крайнего дойдешь однажды края,
а там горит вечерняя заря,
жар-птицею сияя и сгорая.

Увидишь ты, как детская рука
тебе венец на царство предлагает,
и в сердце сиротливая тоска
о том, что детство вечным не бывает.

ДИМЧО ДЕБЕЛЯНОВ

(1887-1916)

ЧЕРНАЯ ПЕСНЬ

Умираю, чтоб снова родиться –
разнолика, нестройна душа.
Буду днем – созидая, трудиться,
буду ночью трудиться – круша.

Призову ли день светло-смиренный –
грянут бури над мраком морским,
призову ли я бурю – мгновенно
мир замрет перед взором моим.

Устремлюсь ли вослед за зарею –
ослепит меня эта заря,
и я медленно чахну весною,
расцветая по осени зря.

Мое время уносится, даже
не явившись; идут времена,
и молю о приюте – мольба же
средь пустынь никому не слышна.

ЕВТИМ ЕВТИМОВ

(1887-1916)

*   *   *

И если ты еще не появлялась,
для новой жизни я тебя создам
из темных сил, какими полон хаос.
Тогда из темноты я вырвусь сам.

И видеть зори сердце будет радо,
и птиц, и море, и над морем – твердь...
Да, человек живет чего-то ради, –
ради того, за что он примет смерть!