На главную страницу

ОЛЕГ ЮРЬЕВ

р. 1959, Ленинград

Закончил Ленинградский финансово-экономический институт. Посещал переводческий семинар Э. Л. Линецкой. С 1991 года живет в Германии (Франкфурт-на-Майне). Один из основателей литературной группы "Камера хранения" (1983), куратор одноименного Интернет-проекта. Издал несколько книг оригинальных стихотворений. Участник антологий "Восемь нехороших пьес", "Освобожденный Улисс", альманаха "Камера хранения", много печатался в периодике. Пять книг прозы Юрьева издано в переводе на немецкий, переводился также на французский, чешский, польский, украинский. Публиковал стихотворные переводы с английского (Киплинг, Мелвилл, Том Ганн и т.д.), испанского ("Романсеро").


РИЧАРД КРЭШО

(1612-1649)

ПАСХА

Наследник вечнобытия,
                     Восстань из гроба!
Восстань, чудесный Муж, всесильный свет лия! -
       Твой гроб - Вселенной всей восток,
                     Миров утроба,
Бессмертия благоухающий чертог!

Ты, утро, деешь славу дня
                     В полудне зримой -
Скала, точащая дневной поток, звеня
       Восторгом в жизнеродный час
                     Неповторимый -
Ни тучей темной, ни грозой не омрачась!

Рожденьем Света жизнь дана
                     Всей твари сущей
И к смерти Смерть благим судом понуждена; -
       Но будучи сойти вольна
                     В твой гроб цветущий, -
С таком смертью согласилась бы она!

ГЕРМАН МЕЛВИЛЛ

(1819-1891)

КАМЕШКИ НА БЕРЕГУ

I
Пусть в Палате Погод на года
Погодный закон разочли до сотых,
Но чайка с бакланом всегда
Знали, что дует ветер туда,
Куда вихрем несет их.

II
Веры - стары, но в смене мод
Ветшать назначено ученьям.
Но Орм от учений к морю ушел
И к Раковине - древнейшей, какую нашел -
Ухом приник со смиреньем.
Тут Голос - дальний, ровный гул -
Дрогнет ли он? сорвется ль с тона?
Его породила Пучина Морей -
И Истина, самотожественная непреклонно.

III
В расщелинах текучих скал
(Голубые Горы - к хребту хребет)
Слух оглушен - он эха искал,
Но эха в морях нет,
Там жизни голос гаснет без следа,
С ним - сердца чаянье и разума мечта.

IV
Воле волн, что флот несметный подгоняют к битве смертной,
Человек на милость отдан - мученик немилосердный.

V
Я - древнее безжалостное Море:
Я тем безжалостней, чем больше кроткой ласки
В моем, крушеньями не сытом, взоре.

VI
Тот вон вздыбленный гребень огромного вала
Не драконий ли рог, шлющий вызов горe?
Неудержно безумные воды ярятся -
Но голубка в гнезде и Христос на Горе!

VII
Я славлю, исцелен, безжалостное Море -
Четверку ангелов, властителей пучин;
Целебно даже их жестокое дыханье,
Где свежесть той росы, чье имя - розмарин.

НОЧЬ РОЖДЕНИЯ МАРКГРАФА

Снизу, от долин измерзших,
От седых лесов,
Сверху, от косматых взгорий,
Льется бубенцов

Звон веселый - в такт усталой
Поступи коняг,
Что везут крестьян понурых
Под овчинами в санях;

А как съехалися к месту,
Вылезли тотчас
И снежок сшибают с шапок,
На дворе топчась

Прямо пред маркграфским замком,
Где из года в год
Праздник - ночь его рожденья -
Средь зимы их ждет.

Зал - весь в ветках остролиста!
Весь в свечах - престол!
Званых - что по веткам ягод,
Звавший - не пришел!

Сладко ль подданным на пире
От таких примет:
Пуст престол, недвижна чаша -
Знать, владыки нет!

Хор поет... Гостей обходят,
Всем служа равно,
А у той, ничейной чаши,
Как заведено,

Древний, важный чин справляют;
Но к гостям сойти
Добрый граф не соизволил
Милосердьем во плоти.

Но никто и не помянет
Имени его;
Пыль на чаше, на престоле -
Что им до того?!

Отчего он не явился -
Не томит гостей:
Немы, как одры мужичьи
У златых яслей.

Ах, весь год труда искупит
Эта ночь, когда
Черный хлеб творится белым,
И вином - вода.

РЕДЬЯРД КИПЛИНГ

(1865-1936)

ОТПУСТИТЕЛЬНАЯ МОЛИТВА

Бог праотцев, преславный встарь,
       Господь, водивший нас войной,
Судивший нам - наш вышний Царь! -
       Царить над пальмой и сосной,
Бог Сил! Нас не покинь! - внемли,
Дабы забыть мы не смогли!

Вражде и смуте есть конец,
       Вожди уходят и князья:
Лишь сокрушение сердец -
       Вот жертва вечная твоя!
Бог Сил! Нас не покинь! - внемли,
Дабы забыть мы не смогли!

Тускнеют наши маяки,
       И гибнет флот, сжимавший мир...
Дни нашей славы далеки,
       Как Ниневия или Тир.
Бог Сил! Помилуй нас! - внемли,
Дабы забыть мы не смогли!

Коль, мощью призрачной хмельны,
       Собой хвалиться станем мы,
Как варварских племен сыны,
       Как многобожцы, чада тьмы,
Бог Сил! Нас не покинь! - внемли,
Дабы забыть мы не смогли!

За то, что лишь болванки чтим,
       Лишь к дымным жерлам знаем страх
И, не припав к стопам Твоим,
       На прахе строим, сами прах,
За похвальбу дурацких од,
Господь, прости же Свой народ!